«Машеров нам выделил это жилье». Как живется в столетнем доме в центре Минска и какая там у людей проблема

  5237

В конце XIX века мещанин Давид Берков Штубрин за пару недель получил разрешение Минской городской управы на строительство этого дома. Документы об этом нашел минчанин Андрей, который в 2016 году купил здесь квартиру, чтобы сдавать.

Молодой человек занимался не только историческими документами, благодаря которым стало известно, каким дом был раньше, но стал инициатором и в более практичных делах. Обращениями в Мингорисполком, Минкульт и прочие организации добился, чтобы дом, бывший до этого в аварийном состоянии, в 2017 году отремонтировали. Сейчас в планах — вернуть проходной подъезд — именно таким он был до 80-х годов прошлого века.

«В подвальном помещении находился военкомат»

Во время войны дом был частично разрушен. Cветлана Васильевна — одна из тех жильцов, кто помнит, как дом восстанавливали немцы.

— Мне тогда было 5−6 лет, но хорошо помню, как мой старший брат рассказывал: во дворе дома тогда находили черепа, — рассказывает женщина. Квартиру в этом доме получил ее отец — замдиректора на табачной фабрике. — Контора фабрики находилась тогда у нас в подвальном помещении, а сотрудникам выдавали квартиры в этом доме. Через какое-то время на цокольном этаже размещался военкомат, позже — коммунальные квартиры.

— В 80-х людей из коммуналок начали расселять, тогда же выселили и жильцов из подвального помещения: они постоянно жаловались на сырость, — рассказывает еще одна жительница Светлана, которая здесь с 1973 года. — Одна из особенностей этого дома в том, что у нас был проходной подъезд — можно было зайти и с улицы, и со двора. Вот мы детьми и бегали туда-сюда. Но где-то в 80-х дверной проем с улицы заложили кирпичом. Теперь зайти в подъезд можно только со двора.

Теперь когда заходишь в подъезд с улицы — попадаешь в коммерческие помещения, а от жилых квартир их отделяет кирпичная стена. Когда именно и как она появилась, не может вспомнить никто из жильцов.

— Я поднимал старые документы: в 80-х этот выход уже был замурован, а до этого времени подъезд был проходным. В один момент подъезд разделили, у жильцов остался один вход, другой сделали для коммерческих помещений. С 2004 года часть подъезда, в которой они находятся, принадлежит «Минской спадчине», — рассказывает Андрей. — Мы отправляли исковое заявление в суд, буквально на днях пришел ответ о том, что заявление нужно дополнить и заказать оценочную стоимость части подъезда. Будем смотреть, какая это окажется сумма, и решать, что делать дальше.

«В доме нет горячей воды: стоят газовые колонки или бойлеры»

Проходной подъезд далеко не единственная особенность этого дома. Здесь всего 8 квартир, потолки — от 3,20 до 3,40 метра в зависимости от этажа, а во многих квартирах сохранились дровницы.

— Здесь были коммуналки, последнюю расселили только в 2016 году. До 1964 года было печное отопление, — рассказывает Андрей. — Остались дымоходы. Кстати, по нашему законодательству, если есть дымоход, можно на последних этажах поставить настоящие камины. В соседнем доме люди так и сделали: зимой видно, как поднимается дымок. Из-за высоких потолков у многих дома стоят стремянки. В некоторых квартирах, чтобы попасть на кухню, нужно подняться на три ступеньки. Есть окна в санузлах. Во многих квартирах сохранились дровницы, которые выглядят как арки, но на самом деле это углубления, в которых раньше хранились дрова. Еще из особенностей — и в нашем, и в соседнем доме нет горячей воды. У соседей стоят газовые колонки, у меня бойлер.

Анна живет в этом доме с 70-х. Когда была в декретном отпуске, подрабатывала уборщицей на цокольном этаже, когда там находилась медкомиссия военкомата.

—  Во дворе у нас стояли бараки и сушилась рыба на веревке, все было в кустах смородины, — вспоминает Анна. — Эту квартиру получила моя мама, она была обычным сотрудником в ресторане «Белая Вежа». По ее рассказам, мама лично ходила к Машерову — и он выделил ей это жилье. Тогда мы переехали в этот дом с Орловки. Но знаю, что здесь получали квартиры и «не обычные» люди: под их руководством после войны восстанавливали это здание.

— У нас же «Кортик» (советский фильм 1973 года — Realt) снимали, вы в курсе? — неожиданно интересуется Анна. — Наш балкон как раз засветился в фильме.

— А еще [автор образов Чебурашки и Гены] мультипликатор Шварцман говорил, что его герои гуляют по улице Раковской, недалеко от нашего дома, — говорит Андрей.