«Мода на барнхаусы скоро закончится». Владелец нового дома в Боровлянах — о стройке и стиле

  24841

В строительстве Дмитрий не новичок — за плечами опыт возведения двух домов. В первом он помогал советами другу, во втором, в Хатежино, — все идеи и решения принимал самостоятельно, ориентируясь на будущую продажу. К слову — второй дом ушел буквально за два месяца. Имея на руках свободные деньги, Дмитрий решил построить дом для себя.

— К моменту начала нового проекта, я уже долгое время жил в Боровлянах, поэтому отлично понимал особенности загородной жизни, — рассказывает он. — Под мои задачи не подходил случайный участок — мне нужен был беспроигрышный вариант, что-то оптимальное, что понравится и мне, и что будет ликвидно на рынке.

«Только не барнхаус!»

О загородном жилье с героем можно говорить до бесконечности — человек увлечен дизайном и архитектурой.

— Постоянно слежу за современными архитекторами и тенденциями, — признается он. — В плане дизайна мои кумиры — ребята из Zrobim, Александр Донской, Александра Федорова, Мис ван дер Роэ. И если свой первый дом строился с использованием типового проекта от Z500, то уже для проектирования своего дома в Боровлянах я целенаправленно решил обратиться к профессионалам и сделать что-то уникальное.

Дмитрий не хотел строить вычурный, бросающийся в глаза дом, а что-то современное, но при этом гармоничное и естественное.

— Я позвонил архитектору Донскому, рассказал о своих идеях и он сразу загорелся, — рассказывает Дмитрий. — Накидал, наверное, штук шесть вариантов проекта, все классные, все понравились, было сложно выбрать.

В итоге, был выбран тот, который, по мнению Дмитрия, идеально вписывался в окружающий ландшафт и местную застройку.

— Мы сразу решили, что не будем делать дом в стиле барнхаус, хотя мне нравится эта стилистика и такой вариант идеально подходил к имеющемуся участку, — говорит Дмитрий. — Но мне очевидно, что мода на них скоро пройдет. Я же хотел создать дом, который будет вызывать эмоции, вдохновлять, говорить о моем вкусе и стиле.

Архитектурный облик дома Дмитрия, безусловно, впечатляет, но не менее важен и внутренний мир. Как признается сам хозяин, в создании интерьера ему помогали два талантливых специалиста: архитектор Александр Донской и дизайнер Маша Бергер, привнесшая в интерьер нотки дорогого итальянского минимализма.

Большое внимание уделено освещению — в доме много естественного света, благодаря панорамным окнам и грамотно расположенным светильникам.

Помимо небольшой корректировки кухни-гостиной, Маша Бергер полностью оформила остальные помещения в доме, включая детскую комнату для двух хозяйских дочек.

В разговоре о стоимости услуг архитекторов и дизайнеров, Дмитрий отмечает, что сейчас, при наличии связей и опыта, за сложный проект можно уложиться в 10 тысяч долларов (архитектура самого здания + дизайн помещений). Ему же работа обошлась дешевле, так как он начинал проект 5 лет назад, и Донской сделал скидку по знакомству.

Однако, говоря о финансовых затратах на услуги архитекторов и дизайнеров, Дмитрий подчеркивает важность полноценного проекта.

Опыт жизни в частном доме и изучение рынка недвижимости позволили Дмитрию сформировать четкое представление о том, какой должна быть планировка идеального дома.

— Я считаю, что в загородном доме нужно минимум 3 спальни, 2 санузла, кухня-гостиная, — говорит он. — Идеально — добавить гардеробную. Либо не обязательно комнату-гардеробную, а сделать в каждой комнате шкаф во всю стену. Места для хранения — это очень важно.

В его доме получилось четыре спальни, хотя изначально такой задачи не стояло.

— Зато можно и гостей положить, и кабинет сделать, — говорит Дмитрий.

«Лишняя» спальня на первом этаже находится у входа в дом. Ее планировали использовать как рабочий кабинет супруги-косметолога. Согласимся — удобно: люди заходят сразу в комнату, не надо через весь дом идти. И комната комфортная, с большим окном.

На второй этаж ведет монолитная лестница с дубовыми ступеньками и стеклянным ограждением.

Под крышей расположены три спальни. Одна из них детская с гардеробной для дочек Дмитрия — Маша Бергер придумала для нее специальный дизайн.

Так мы плавно перешли к вопросам о конструкции дома. Дмитрий говорит, что все надежно, коробка построена по классике — железобетонный фундамент по проекту, стены из блоков, на крыше — фальцевая кровля. Фасад утеплен 12 см пенопласта, оштукатурен, облицован клинкерной плиткой, частично обшит планкеном.

Сейчас, когда все работы завершены и осталось лишь перевезти свои личные вещи, стройка не выглядит каким-то сложным делом. Однако, по признанию Дмитрия, порой приходилось непросто. Сложнее всего оказалось найти квалифицированных специалистов, способных воплощать в жизнь смелые дизайнерские идеи. По словам Дмитрия, сейчас на рынке ощущается острый дефицит профессионалов высокого уровня, способных выполнять сложные и нестандартные работы.

В качестве примера он приводит плиточников, которые приезжали к нему на новых дорогих машинах, и каждый сложный элемент оценивали по особому тарифу.

— Реально хороший плиточник может зарабатывать чуть ли не как хороший стоматолог. Главное — быть специалистом.

Если вы подумали, что Дмитрий сам принимал участие в строительных процессах, то это не так.

— Каждый должен заниматься своим делом и стройкой у меня управлял проверенный в деле прораб: контроль качества выполненных работ, очередность работ, подбор грамотных специалистов — это все его задачи. Вмешиваться в эту кухню мне не пришлось.

Несмотря на то, что еще год назад Дмитрий был уверен в том, что уже совсем скоро переедет в свой новый дом, а дочки наконец займут свое уютное гнездышко под крышей, обстоятельства изменились.

— Я влез в стройку еще двух проектов и понимаю, что, наверное, все сразу не вытяну. Моё желание строить дома оказалось сильнее, чем иметь прямо сейчас и прямо здесь свой классный дом, — объясняет наш герой.

Поэтому Дмитрий принял непростое решение — продать свой «Нордик Рок». Свой новый дом он видит более компактным, на 120−130 квадратных метров, на участке, окруженном лесом.

Однако, как сформировать цену на дом с авторской архитектурой и дизайнерским интерьером? Этот вопрос, по словам Дмитрия, оказался одним из самых сложных.