Минчанка бросила столицу, восстановила хату 1905 года — и счастлива. Побывали у нее в гостях

  41488

Дом, который Инна присмотрела, сказочным местом назвать было нельзя. Владельцы, скорее, продавали сам участок, а дом 1905 года уже списали со счетов.

— Я купила его за 2 тысячи долларов. Хата действительно была в аварийном состоянии: с обвалившимися потолками, неработающей печью. Люди, что мне продали, покупали его для поисков клада. Как вы понимаете, у них не было приоритета сохранить здание. Несмотря на разруху, я приняла решение попробовать его отремонтировать. Авось выплыву.

Видимо, кладоискатели кое-что упустили. Во время ремонта, женщина нашла еще несколько вещей: старую азбуку, артефакты, которым работники местного музея дали 200 лет.

— В Воложине долгое время жили евреи. Этот дом принадлежал как раз такой семье. Люди были рукастыми, ремесленниками. Наверное, их подход к строительству помог дому выстоять и по сей день, — рассказывает Инна, открывая двери дома с низкими окнами и арочной дверью. — Творила имея нереально низкий доход — около 300 долларов. Поэтому все здесь делала так, как будто так и было задумано. Если жизнь пнула — летите изящно.

«Покупала за копейки офисную мебель и переделывала под себя»

Визуально кажется, что земля затягивает хату в землю. Инне даже пришлось сделать пол ниже, чтобы увеличить высоту в комнатах.

— Снесла и внутренние стены. От этого музейного экспоната очень воняло. Я отмывала его месяц всеми возможными средствами. Полы я заменила, как и некоторые окна. Вся отделка — это один вид бруса — доска С-класса. Материал дешевый, но свою функцию выполняет. Из него же частично была сделана мебель. Честно, тут нет ни одной ровной стены. Это не бросается в глаза, так как все задекорировано.

Раньше в доме был синий интерьер. Темный цвет и низкая посадка создавали ощущения подвала, а не жилья. На смену ему пришел белый оттенок. Он дает свет, который пространство не добирает из окон.

В итоге получилось обустроить здесь кухню, спальню-гостиную, детскую и санузел.

— Еще раз повторю, в деньгах была ограничена, поэтому использовала дешевый и доступный материал. Покупала за копейки офисную мебель. Потом разрезала ее и собирала так, как мне нужно.

Замаскировала женщина и выпуклый угол. На этом месте появился небольшой встроенный шкаф.

— Дом сам по себе оказался теплым, поэтому дополнительно я его не утепляла, если не считать ковров на стенках. Но все же когда появятся средства, то планирую отделать внешнюю северную стенку.

Главным хранителем тепла в доме является старая печка. Ее Инна стянула сеткой и обложила плиткой. Смеется, мол, своему творению давала год, а оно исправно работает уже 7 лет.

— Сделала только новый дымоход. Бывшие владельцы сломали потолочную балку. Решила ее тоже отремонтировать: сшила разлом и выровняла домкратом. Выглядит как новая.

Место русской печи занял санузел. Здесь поместилась угловая ванна.

В прошлом Инна занималась дизайном кухонных гарнитуров, поэтому смастерить его из подручных средств труда не было.

— Низ кухни — бывшие офисные стеллажи. Фасады вырезала из доски десятки. Часть мебели взяла на барахолке. Я ее реставрировала, резала, клеила. Мойку вообще нашла на свалке. Не переживайте, она была чистая и в хорошем состоянии.

Сейчас Инна думает, как обустроить сени. Помещение довольно большое, а главное — прохладное. Здесь будет удобно и сыры варить, и заниматься любимым делом, ради которого женщина и перебиралась из столицы.

— Представляла, как буду сидеть и заниматься живописью. Признаюсь, за столько лет уже запылился мой этюдник, но я про него не забываю. Мастерской точно быть.

Женщина зарабатывает продажей своей продукции. На участке у нее целый зоопарк контактных животных и птиц.

— Наших курочек мы не едим, они нам для яиц. А козы у нас изначально появились, чтобы участок поддерживать в чистоте. А потом уже начала делать различные сыры. Я занималась сыроварением еще в Минске, готовила для себя из сухого молока.

Фермерство хоть и приносит удовольствие, но отнимает много сил. Сыроварение — дело сезонное, а за здоровьем животных нужно всегда следить, ведь от этого зависит качество продукции. Без сертификатов здесь никуда. Недавно Инна получила ветсвидетельства для продажи сыров и мороженого на рынке Валерьяново.

Ее участок занимает 15 соток. Еще один в 10 соток Инна взяла в аренду для содержания животных.

Во дворе у нее стоит беседка, которую женщина соорудила из веток обрезанного дуба, а для ребенка построила игровой комплекс. Помощи она просила лишь несколько раз: когда копали канализацию и меняли шифер — нужно было кому-то подносить листы.

У Инны есть помощник в лице сына. Он может и с животными помочь, и на кухне.

— Мне кажется, что у меня растет будущий повар или кондитер. Я ему на день рождения подарила металлоискатель, а он попросил вафельницу. Получил два подарка, — рассказывает Инна. — Кексы, хлеб — это все его рук дело. Многие спрашивают меня, не лишаю ли я ребенка комфортной жизни, которая есть в городе. Считаю, что нет. У него здесь есть занятия по интересам. Немаловажно то, что он много часов находится на свежем воздухе. Общается с животными, заботится о них — учится ответственности.

С критикой Инна в начале пути сталкивалась часто. Понимания она не находила ни среди близких, друзей, ни среди соседей.

— Особенно ядовитыми в словах были мужчины: говорили, что у меня ничего не получится. Временами я даже начинала верить им. Они думали, что я, минчанка, высмеиваю их жизнь. Ведь деревенская жизнь — тяжелая, а у меня здесь медитации, ретриты. Когда осознала, что сомнения приходят с их словами, взяла кредит и поставила забор, — смеется хозяйка дома. — Спустя время люди увидели результаты моей работы, всю серьезность — и разговоры поутихли. Теперь у меня со всеми чудесные отношения.