«Превратили холостяцкое жилище в нежную дачу». Как мама с дочкой спасли старый дом

Сперва дом — это лишь технический процесс, где самым важным являются материалы и их стоимость. В нем еще нет души, только цифры. Но с годами происходит обратное: деревянные оконные рамы, на которых выцвела краска, скрипучий пол и даже несовершенства стоят дороже любых денег. Мысли о расставании кажутся шагом к забвению. Наверное, именно такие чувства были у владельцев одной дачи около Гомеля. Дочки не смогли продать дом после смерти отца, несмотря на то, что давно не живут в Беларуси. Им хотелось найти хозяина, который поймет их и сбережет по-своему все то, что важно, в чем еще сохраняется след любимого человека. Поиск не был долгим: сначала даче нашли опекуна в лице давней подруги Светланы и ее мамы Галины, а потом и вовсе продали ее им. Женщины, которые никогда в жизни не соприкасались с загородной жизнью, нырнули в нее с головой. Они привели дом в порядок, украсили его в стиле самых лучших картинок из Pinterest. Рассказываем очень милую историю спасения одного домика.

Мы даже не поняли, как попали в СТ. За поворотом стоят многоэтажки, ездит общественный транспорт, работают магазины, люди в спешке пересекают пешеходный переход — городская жизнь во всей красе. Одно мгновение, и нам уже открывают ворота для въезда. Сменились не только виды — высокие деревья, дофаминовые клумбы поздних цветов, но и шум: теперь нас накрыло волной тишины.

Под вечер в эту пору года ароматы становятся более яркими. Уже не так сильны запахи цветов, весь контроль над обонянием забрали яблоки и сухая листва. У входа сладости воздуху придает и виноград. Он висит настолько низко, что хочется запрокинуть голову и срывать его без рук, лишь подтягиваясь на носочках.

Встречать нас собрались две хозяйки дома и неофициальные главы всех здешних территорий — 12 котов. Они и у порога, и на ступеньках, и в кустах.

— Подкармливаем их, ведь сезон заканчивается. Надеемся дом им найти, — говорят хозяйки. — У нас вот тоже раньше дома не было, а сейчас — это самое лучшее место, куда мы спешим каждые выходные.

Их СТ находится на берегу реки в 10 минутах от города. Впервые Светлана оказалась здесь еще в детстве, в 1992 году, когда родители ее дворовых подружек получили этот участок под дачу.

— Я своими глазами видела, как строился этот дом, помню маленькую времянку в сарае. Хорошо помню, как ели клубнику прямо с грядок. А затем мы выросли, разбежались по взрослой жизни и перестали близко общаться.

В 2020 году отец подруг умер, и дача осталась без хозяев. Сами девочки к тому времени давно разъехались и жили в других странах. Они и предложили Светлане и ее маме Галине провести здесь лето, присмотреть за участком, чтобы он не пустовал.

— Мы согласились, хотя дачниками не были от слова совсем. Я вообще дитя каменных джунглей. Для нас все было непривычным. Но за одно лето мы безумно влюбились в эти места и поняли, что отсюда никуда не хотим уезжать.

Еще несколько лет женщины просто присматривали за домом, пока в конце концов не созрели для покупки.

— Дочки прежнего владельца согласились на сделку быстро. Наверное, все понимали, что к этому шло, просто им нужно было время, чтобы морально расстаться. Для них этот дом был памятью, но они знали, что отдают его в хорошие руки. Главное — чтобы у них оставалась возможность иногда приезжать сюда в гости и погружаться в воспоминания.

И вот пошел уже второй год, как женщины стали здесь полноправными хозяевами и начали обустраивать все по-своему.

У Галины первые воспоминания об этом месте были совсем не радужными.

— Да я просто в ужасе была! — признается женщина. — Мы приехали ранней весной, а здесь разруха, горы мусора. Я за голову хваталась и думала, как же это все убрать? Но Света почему-то не паниковала. В итоге мы вызвали рабочих, и они за пару дней все расчистили, и лужайки привели в порядок.

Сам дом пребывал в хорошем состоянии, крепкий. Здание регулярно топилось прежним хозяином, поэтому внутри было сухо. Никаких фундаментальных переделок не потребовалось. Зато снаружи работы развернулись вовсю.

— Дом стоял ободранным, его лет тридцать никто не обновлял. Мы выбрали такой яркий цвет, что теперь наш дом отлично видно со всей улицы. Забор покрасили, лавочку — да мы вообще покрасили все, что только можно было покрасить, — смеется Светлана.

Внутри дом просторный, двухэтажный. На первом этаже расположились две спальни и большая уютная гостиная с печкой и камином. Высокой мансардой семья пока не пользуется.

Там стоят остатки советской мебели и коробки с книгами. Летом там достаточно жарко, поэтому, чтобы сделать комнату комфортной, нужно немного переделать крышу. Место весьма перспективное, тем более что рядом находится выход на балкон. Отсюда открывается вид на дальний лес, а за яблоками даже тянутся не нужно. Светлана любит подниматься сюда во время дождя. Говорит, что это особый вид медитации.

До покупки дом был чисто холостяцким. Все внутри выглядело топорно, по-солдатски, как обычно бывает в сугубо мужском жилище, вспоминают женщины.

—  Мне очень хотелось обустроить себе нежную комнату, с рюшками, чем-то похожую на стиль прованс. Мама же мечтала о стиле кантри — более деревенском, который возвращал бы ее в воспоминания о детстве. В итоге мы так и поступили: оформляли каждую комнату, исходя исключительно из своих желаний. Сыну досталась гостиная.

В спальне Светланы был старый встроенный шкаф, который она поначалу планировала сломать, чтобы поставить на его место новый и красивый, с аккуратными дверцами. Но избавиться от него не удалось.

— Мы просто не смогли его демонтировать! — улыбается хозяйка. — Он был сделан настолько на совесть, что, кажется, держит на себе весь дом. Когда мы попытались его вытащить, зашаталась вся стена. Мы поняли, что оторвем его только вместе с перегородкой. В итоге просто сняли старые дверцы, а вместо них я повесила красивую шторку.

Из шкафов и углов новые хозяйки вывезли два грузовика мусора. Но то, что можно было спасти, женщины отреставрировали своими руками.

Например, на втором этаже они нашли старый кофейный столик на изящной резной ножке. Он был в ужасном состоянии, и первой мыслью было отправить его на свалку.

— А потом мама говорит: «Столешницу же кругленькую можно новую купить. Давай попробуем спасти!» — рассказывает Светлана. — И все, мы выбросили испорченную верхушку, полностью зачистили ножку и покрасили. Получился такой красавчик. Правда, сначала делали его для маминой комнаты, но в итоге он совсем не подошел под стиль.

Глядя на интерьеры комнат, сразу становится понятно, что Светлана и Галина — люди глубоко творческие. Хотя профессия у Светланы совсем не связана с искусством.

— Я операционная сестра, — рассказывает о себе Светлана. — Работаю в больнице скорой помощи, а там, конечно, всякого насмотришься. Постоянно чувствовать человеческую боль невозможно, ты невольно пропускаешь ее через себя. Хочется поставить какой-то внутренний блок, защититься, но, с другой стороны, понимаешь: совсем ничего не чувствовать тоже нельзя, иначе зачерствеешь. Еще сидя в декрете, чтобы полностью не раствориться в рутине, я поняла, что во мне открылось желание создавать красоту.

Светлана начала шить и вышивать, и теперь ее работы украшают дачу.

— Я создаю развивающие книжки из фетра для детей, — делится она. — Это рукоделие меня очень сильно отвлекает, спасает от выгорания. В процессе я становлюсь мягкой и доброй. Шью и представляю, как детки будут играть с моими вещами.

Среди всего обилия вещей в доме есть одна по-настоящему особенная реликвия. Это старые картинки, на которых изображены «Маша и Медведь».

— Мне было пять лет, когда я сильно заболела, — тихо вспоминает Светлана. — Я могла только лежать, не было сил даже поднять голову. Мама пришла в комнату и спросила: «Чем я могу тебе, доча, помочь? Хочешь, я тебе порисую?» Для меня это было огромным счастьем, я с детства обожала смотреть, как мама рисует. И вот она достала альбом, карандаши и начала творить. Пока я наблюдала, как рождаются эти картинки, у меня будто и боль прошла. Если присмотреться, на рисунке до сих пор видна цифра «пять». Это я, когда выздоровела, поставила маме оценку за работу. Я вообще тогда на все ее рисунки ставила исключительно пятерки. Маме это не очень нравилось, но тем не менее она ничего не стерла. Скоро этим картинкам исполнится уже сорок лет, и я их просто обожаю.

Сердцем дома стала гостиная — самая большая, светлая комната с тремя окнами, где установлены печка и камин. Изначально это пространство выглядело пустым и мрачным. Из-за коричневой старой вагонки на стенах в комнате было очень темно, несмотря на обилие окон.

— Первым делом мы все здесь покрасили, чтобы стало светлее, — продолжает Светлана. — Ну а дальше началось настоящее преображение, хотелось добавить еще больше света и нежности. На окна я сама сшила шторы с рюшами. Хозяйский диван оказался в очень хорошем состоянии, мы решили его не перетягивать, а просто накрыли красивым покрывалом.
Площадь позволила совместить гостиную со столовой. А какая же столовая без буфета со старинной посудой? В него хорошо вписался семейный сервиз 1950-х годов, который бережно сохранила Галина. Это посуда еще Светланиной бабушки.

— Стулья вокруг стола тоже остались от прежних хозяев. Мы их сами покрасили и перетянули, причем сделали их нарочито разными. Нам очень хотелось добавить сюда капельку такого интерьерного хулиганства.

Когда семья только въехала, камин был неисправен и сильно чадил. Потом женщины вызвали печника: мастер прочистил дымоход и все починил. Теперь долгими вечерами они наслаждаются тем, как уютно трещат в огне дрова.

— Эту люстру мы, можно сказать, подняли на помойке, — смеется Галина. — Кто-то ее аккуратно снял в городе и просто выставил рядом с контейнером. А мы увидели, забрали, и она идеально вписалась в наш интерьер.

На стене висит тканое панно 70-х годов из старых семейных закромов.

— Я помню, раньше такие вещи были очень модными, — делится воспоминаниями Галина. — Были тяжелые времена, когда буквально нечего было есть, и я пыталась его продать. Одна женщина уже хотела купить, но в самый последний момент передумала. Картина осталась дома, и теперь мы нашли ей лучшее место.

Еще одна гордость столовой — старинные часы прабабушки Светланы. Они до сих пор в рабочем состоянии и исправно идут. Прабабушка была учителем немецкого языка. Во время Великой Отечественной войны она отправила всю свою семью в тыл, а сама осталась здесь, в оккупации. Рискуя жизнью, она прятала и спасала местных евреев от немцев.

— Я иногда смотрю на эти часы и сразу вспоминаю старинный комод и трюмон, на которых они стояли в моем детстве, — говорит Светлана. — Я часто оставалась у бабушки ночевать и очень любила на них смотреть. Теперь это наша семейная память. Каждый раз, когда слышу их ход, думаю про прабабушку.

Пока что семья приезжает на дачу только в теплый сезон. Им очень хотелось бы бывать здесь и зимой, но в доме пока нет надлежащих коммуникаций. Садовое товарищество сейчас решает этот вопрос — возможно, сделают проект и проведут городскую центральную воду. Пока же вода из местных скважин у всех идет ржавая, и это, пожалуй, единственный минус дачной жизни, ведь питьевую воду приходится постоянно возить с собой. На кухню проведена сезонная летняя вода, но ее отключат уже совсем скоро.

Кухню женщины планируют собирать своими руками. По поводу того, как обустроить кухонное пространство, в семье еще есть спорные вопросы. Например, не решена пока судьба старого встроенного шкафа. Он, как и шкаф в спальне, сделан на века. Скорее всего, Светлана просто снимет старые дверцы, а внутреннюю часть как-то обыграет.

Вся остальная зона станет рабочей. Хозяйки планируют сделать большую, сплошную деревянную столешницу с врезной мойкой, собрав ее самостоятельно из брусьев и досок.

Заказывать готовую мебель на дачу они не видят смысла. Во-первых, комната не отапливается, и дорогую мебель сюда ставить нельзя. Нужен влагостойкий материал, который без проблем выдержит зимние морозы и сырость. Кухню мечтают оформить в белых тонах с деталями в сине-голубую клеточку. Вместо нижних фасадов повесят мелкие уютные шторки, которые закроют все рабочие зоны.

Не менее интересным выглядит и сад за домом. На участке растет кизил, алыча, вишни, сливы и целых четыре яблони.

— Пытаемся растить даже персик, но он пока стоит хиленький и закутанный —сильно замерз прошлой зимой. Фруктов рождается огромное количество. Сами мы закатки не делаем, а просто раздаем излишки или меняемся с соседями: мы им ведро яблок — они нам домашние помидоры, мы им груши — они нам еще что-нибудь.

Настоящая экзотика сада — это актинидия коломикта, которую в народе называют северным киви.

Классического огорода с грядками огурцов и помидоров на участке нет и не планируется. Из прежних растений новым хозяевам досталась только огромная гортензия. Все остальные цветы, которые сейчас радуют глаз — это заслуга Галины.

— А я люблю, чтобы были яркие пятна. Вот теперь и сажаю цветы везде, даже за туалетом. В детстве меня часто «сбрасывали» к родственникам в деревню, так что сельский быт я знаю. Но там я видела только бесконечный огород, а не отдых.

— Я сразу предупредила: здесь огорода не будет никогда, — подхватывает Светлана — Как мы шутим: наш огород — на рынке. Мы работаем пять дней в неделю и на выходных хотим просто отдыхать. А картошку, чеснок и помидоры мы всегда купим. Сколько там нам надо?

Правда, юное поколение семьи неожиданно нарушило это правило. Сын Светланы сильно заинтересовался землей. Ему очень понравилось сажать лук и чеснок.

— Я выделила ему небольшой клочок земли, и он там хозяйничает.

Светлана уверена, что ребенка увлек этот процесс только потому, что его никто не принуждал силой. В детстве у Светланы не было дачи, и ее никто не вез насильно за город, в отличие от ее друзей. Те плакали, когда родители сажали их в машины.

— Друзья выросли и теперь искренне ненавидят все, что связано с землей — сказалась психологическая детская травма. А я не знала этой обязаловки, поэтому сейчас отношусь к земле и дому с такой огромной любовью. Всему свое время. Теперь я созрела. И мой ребенок приезжает на дачу только потому, что сам этого хочет. Если он завтра скажет, что не поедет — останется дома. Мне важно сохранить в нем эту искреннюю, добровольную любовь к даче.  

Кстати, дом — это не единственное крупное приобретение, которое связало Светлану с семьей прежнего владельца. Вышла почти мистическая история.

— В 2015 году прежний хозяин купил себе новую машину, когда моему сыну было всего года два, — вспоминает Светлана. — Как-то я приехала в гости к маме, а сосед как раз возился во дворе. Он увидел нас и подозвал к себе, посадил сына в салон руль покрутить. Я сфотографировала его на память. И вот прошло время, и теперь этот автомобиль стоит у нас во дворе, он наш. После смерти хозяина родственники сказали нам: «Заберите машину, ездить на ней все равно некому». Мы забрали.

  Дочка бывшего хозяина приезжала в гости в этом году.

— Знаете, когда мы занялись переделкой, нам почему-то казалось, что мы разрушаем память об их папе. Я боялась, что они обидятся, что им будет больно от того, что они видят, что мы что-то перекрашиваем, что-то переделываем. А подруга сказала: «То, что здесь стало, это так прекрасно». Мы все плакали от счастья, от нахлынувших воспоминаний, — делится Светлана. Ей очень хочется, чтобы это место стало по настоящему родовым. — Здесь невероятно уютно. Какие здесь звезды, какой звездопад! Мы в одиннадцать часов вечера выключаем на участке абсолютно все огоньки. Выходим на лужайку, задираем головы вверх и стоим так, пока голова не закружится. Невозможно оторваться, аж мурашки бегут от этого бескрайнего звездного неба.